Мобилизация Этнокультурного Ресурса
Мобилизация Этнокультурного Ресурса (сокр. МЭР, иногда М.Э.Р.ЗОСТЬ) — это такая особо хитрая и, безусловно, научно обоснованная стратегия борьбы со всем плохим (чаще всего с экстремизмом, терроризмом и прочими напастями), путём экстренного вспоминания о корнях, скрепах, хороводах и прочих прелестях народной мудрости. Явление это столь же древнее, как попытка лечить перелом подорожником, но облечённое в броню из канцелярита и освящённое авторитетом многочисленных «экспертов».
Суть[править]
Представь, анон, что где-то в высоких кабинетах, после очередного эпичного провала в борьбе с мировым злом, кто-то вдруг вспоминает: «А ведь у нас же есть НАРОД! А у народа — культура! А в культуре — ресурс!». И тут же начинается судорожная «мобилизация». Это когда берут всё подряд, что хоть как-то пахнет «этно-» и «культурно-», и пытаются этим заткнуть все дыры в государственной идеологии и системе безопасности.
В это понятие «этнокультурного ресурса» сваливают всё, что плохо лежит и хоть как-то отдаёт «народностью». Тут тебе и народные песни и пляски, от которых, по задумке, террорист должен немедленно раскаяться и пуститься в пляс, забыв про свои коварные планы. Сюда же идут сказки, былины и пословицы, особенно те, где добро непременно побеждает зло — свежо, оригинально, инновационно. Не забывают и про национальные костюмы: напялил кокошник или папаху — и вот ты уже +100 к сопротивляемости экстремистской заразе. Древние развалины и пыльные артефакты тоже в деле — поглядел на замшелый камень, и сразу же почувствовал прилив патриотизма. Само собой, в ход идут и «традиционные» религиозные ценности, ведь всё, что не «традиционное», это априори от лукавого и подлежит искоренению. Иногда дело доходит даже до национальной кухни — отведал борща или плова, и всё, считай, стал духовно богаче и непробиваем для вызовов тлетворной глобализации. И всё это богатство не просто лежит себе спокойно, а его именно мобилизуют. То есть, как новобранца в армию, тащат на передовую борьбы.
Как это работает (или делает вид, что работает)[править]
Сам же ритуал мобилизации разворачивается по до боли знакомому сценарию. Непременно проводятся конференции и круглые столы, где важные люди и серьёзные учёные долго и нудно рассуждают о «роли», «значении» и «потенциале», после чего выпускают сборники статей, которые никто, кроме них самих (и то не факт), не читает. Обязательно создаются комиссии, рабочие группы и комитеты, потому что без комитета этнокультурный ресурс сам себя не мобилизует, это ж очевидно. Затем следует этап вовлечения «общественности», что на практике означает сгон бюджетников, школьников и студентов на патриотические мероприятия, фестивали народной самодеятельности и конкурсы стенгазет на тему «Роль берестяных грамот в противодействии кибертерроризму». В особо запущенных и высокотехнологичных случаях дело доходит до кибер-мобилизации: появляются «киберпатрули» и «этно-блогеры», которые в этих ваших интернетах несут свет традиционных ценностей, отважно борясь с тлетворным влиянием Запада и экстремистской копипастой.
Лулз заключается в том, что реальная эффективность всей этой бурной деятельности стремится к нулю, если не к отрицательным значениям. Бармалеи, как правило, слабо впечатляются хороводами, а молодёжь, которую пытаются «мобилизовать», чаще всего испытывает лишь чувство глубокого недоумения и желание свалить с этого цирка поскорее.
Зачем всё это?[править]
Закономерный вопрос, который возникнет у любого неангажированного анонимуса: если это всё так бесполезно, то нахуа весь этот цирк? А причины, как водится, лежат на поверхности, переливаясь всеми оттенками серого. Во-первых, это, конечно же, Имитация бурной деятельности — надо же что-то делать, вот и делают, отчёты пишутся, мероприятия проводятся, галочки ставятся. Во-вторых, куда же без освоения бюджетов? Святое дело, ведь под «мобилизацию этнокультурного ресурса» можно выделить немало денег, которые потом благополучно исчезнут в недрах очередных комиссий и духоподъёмных фестивалей. Не стоит сбрасывать со счетов и идеологическую работу — это такая неуклюжая попытка создать видимость единства нации вокруг «традиционных ценностей», даже если эти ценности приходится выдумывать на ходу или доставать с антресолей истории, отряхивая от вековой пыли. Иногда вся эта суета служит банальным отвлечением внимания: пока все заняты мобилизацией этнокультурного ресурса, можно спокойно заниматься другими, менее публичными, но более интересными делами. И, как ни странно, некоторые действительно в это верят. Да, анон, и такое бывает — ФГМ поистине страшная сила, способная порождать самые причудливые инициативы.
