Знахарский диагноз

В этом мире нет современной медицины. Никто и никогда не слыхал слов «грипп», «аппендицит», «кариес» или «эпилепсия». Но сами болезни-то есть! И лечить их приходится неграмотным знахарям.

Собственно троп заключается в том, что болезнь, которой страдает персонаж, не называется своим современным названием. Лекари и знахари, или сам персонаж, или автор описательным языком описывают симптомы болезни, из которых становится более-менее ясно, чем персонаж хворает.

См. также

• Знахарская припарка — лекарство из природных компонентов, которое можно приготовить даже при самом низком технологическом уровне;
• Справочник автора/Словарь альтернативных терминов — там записаны «старинные» названия для некоторых болезней и лекарств. Если знаете какое-то, которого там нет — вписывайте!

Где встречается

Литература

• Если в старой литературе представитель простого народа (например, Аксинья Астахова) говорит, что у его ребёнка «гло́тошная» — это может оказаться и гнойный тонзиллит, и дифтерия, и круп.
  • У ребенка Аксиньи вроде как была скарлатина. В наше время переносится детьми легко, взрослыми хуже, тогда детская смертность была весьма велика.
• Родион Раскольников совершил преступление в состоянии горячки: лихорадка, перемежающаяся ознобом, с бредом и галлюцинациями, после чего пролежал четыре дня — симптомы убедительно указывают на гриппозный психоз в острой форме.
• Михаил Булгаков, «Записки юного врача» — игра со штампом. Рассказчик — врач профессиональный, хоть и молодой. Но, общаясь с крестьянами, которых он лечит, он вынужден прибегать к терминологии, более понятной им. Например, крестьянка просто не поймёт, если ей сказать, что у неё сифилис; поэтому приходится говорить ей, что у неё «дурная боль» — это народное название ей слышать доводилось.
  • Михаил Афанасьевич вообще крайне достоверно описывал в своих книгах текущие и перенесённые ранее заболевания. В частности, у его Воланда явные последствия сифилиса в третичной стадии:

Приближённые утверждают, что это ревматизм, — говорил Воланд, не спуская глаз с Маргариты, — но я сильно подозреваю, что эта боль в колене оставлена мне на память одной очаровательной ведьмой, с которой я близко познакомился в тысяча пятьсот семьдесят первом году в Брокенских горах. <…>
Лицо Воланда было скошено на сторону, правый угол рта оттянут книзу, на высоком облысевшем лбу были прорезаны глубокие, параллельные острым бровям морщины.

— Глава 22. При свечах

• Кривое лицо указывает на парез лицевого нерва — тоже следствие нейросифилитического поражения.

• Аналогичная ситуация и в книгах Джеймса Хэрриота, рассказывающих о берундах молодого ветеринара в Англии 30-х годов: «Надо бы корову просверлить, она на трёх цилиндрах работает, а то как бы у неё мошна не опухла». — Перевод: «У коровы закупорка соска, молоко не выходит, не дошло бы до мастита».
• В «Песни Льда и Пламени» довольно много разных персонажей, страдающих узнаваемыми болезнями. Вот некоторые из них:
  • Хеке (первый Вонючка) страдал болезнью, из-за которой от него всё время плохо пахло, как бы он ни мылся. Такая болезнь есть, называется триметиламинурия.
  • Сир Виллем Дарри был болен сахарным диабетом: полуслепой, он никогда не покидал постели. Дейнерис Таргариен вспоминает «жаркий, влажный, болезненно сладкий» запах его хвори.
  • Сир Григор Клиган, помимо того, что олигофрен, явно страдает ещё и доброкачественной опухолью — аденомой гипофиза. Симптомы очень похожи: постоянные головные боли и перекос гормонов в сторону повышенного выделения гормона роста, как следствие — гигантизм.
  • Ну а в «падучей» болезни юного лорда Роберта Аррена легко опознаётся эпилепсия. «Падучая» — стандартный старинный термин для этой болезни.
  • Лорд Хостер Талли умирает от рака в последней стадии, причём основная опухоль где-то в брюшной полости. Он на это прямо и намекает, говоря, что у него «крабы в животе клешнями режутся».
  • Лорд Джайлс Росби, один из придворных Красного замка (а после и «мастер над монетой»), на старости страдает от кровавого кашля. А ближе к концу жизни так вообще начал выкашливать кусочки лёгких. Здесь явно угадывается туберкулёз.
  • У юнкайского коллекционера рабов Йеззана зо Каггаца явно какая-то разновидность гепатита, судя по характерной желтухе. И явно не А, судя по тому, что он от этой хворобы умирает. Умер, однако, не от неё, а от «кровавого поноса» — дизентерии.
• Волкодав страдает от рудничного кашля, заработанного им на каторге. Нет, это не туберкулёз. Хронический осложнённый пневмокониоз.
• Dragonlance — полная аверсия. Рейстлин Маджере прямым текстом цитирует современные медицинские учебники со всей соответствующей терминологией, и ему явно плевать, что в его мире эти учебники ещё не написаны…
• Почти то же самое иногда проделывает и ведьмак Геральт, как и некоторые из его собеседников — чародеев и чародеек.
• Роберт Джордан, «Колесо Времени»: Найнив, увидев, что радужки глаз Перрина стали золотыми, заявляет, что это «не желтоглазая лихорадка», под которой явно подразумевается гепатит.
• Терри Пратчетт, «Пирамиды»: пародийная инверсия. Лекарь описывает как причину болезни вполне узнаваемых для читателя бактерий или вирусов — но при этом мы знаем, что: (а) лекарь врёт и выдумал этих вирусов только что, как удобную отмазку, — если они такие маленькие, что их не разглядишь, то на них можно валить что угодно; (б) настоящая причина болезни — мистическая, и вообще это и не болезнь вовсе, а переселение божественной части души.
• Лора Инглз-Уайлдер, «Домик в прерии»: члены семьи заразились какой-то пакостью и чувствовали озноб, слабость и рвоту. Женщина-врач, которая со своим коллегой лечила героев, была убеждена, что болезнь передаётся через арбузы. С фитильком: в конце главы автор объясняет читателям, что на самом деле её семья заразилась малярией, просто в те годы болезнь ещё была плохо изучена.
• Остап Вишня «Ох і лікували нас…» — целиком и полностью об этом.
• Сергей Садов, «Князь Вольдемар Старинов» — доставив ранее спасенную им девочку Аливию отцу в один из крупных городов средневекового королевства, живший ранее отшельником попаданец-подросток Володя Старинов собирается вернуться к себе, тем более, что ожидается нападение вражеской армии. Однако у девочки внезапно обнаруживается болезнь, которую один из лучших врачей города определяет как «разлитие желчи», но не может вылечить, предлагая лишь средство чтобы «уснуть» и не мучиться. Мачеха девочки в дикий ливень добирается до Володи (сам отец был против, сердитый за привитие его дочери страсти к чистоте и образованию, которая может создать ей проблемы с замужеством), и тот диагностирует острый аппендицит, в последний момент избавляется от уже приготовленного яда и чуть ли не «по методичке» успешно делает аппендэктомию. Как следствие — вынужден остаться до снятия швов и принять участие в обороне города. Местное название явно связано с ожидаемым осложнением нелеченого аппендицита - разлитым гнойным перитонитом.